Приэльбрусье: Чегет и далее везде*

Роман Канушкин

Виталий Инге-Вечтомов

Фото: Александр Туляков

Если в отечественной маунтинмании и существует некий аналог эдемского сада, - хотя бы как изначальная точка отсчета, - то им, наверное, является Приэльбрусье. Здесь начинались почти все легенды российско-советского альпинизма и горнолыжного спорта. И люди, и школы. И маршруты, и песни. Здесь гора Эльбрус, спящий вулкан, Бог огня, высочайшая точка Европы, мистическое сердце белой цивилизации. Здесь еще ходят люди, - один Малик Шаваев с его вечной ковбойской шляпой чего стоит, - у которых ТАМ, наверху, среди белого безмолвия, говорящего с твоим сердцем, прошла вся жизнь. Вдумайтесь, спокойно, без суеты - ничего так, да?! Вдумайтесь, мы говорим о настоящих людях, а не о фигурантах бизнес-процесса, который нам подсовывают в качестве реальной жизни. А теперь поехали дальше. Со всем бесшабашным весельем, на какое способны, и со всем же почтением - горы ждут…

1. ПОЕХАЛИ

Еще в Москве в аэропорту "Домодедово" нас начали накрывать первые приступы почти детского и, казалось бы, немотивированного восторга. И вроде снег за большими стеклянными окнами заблестел как-то особенно, и солнышко наконец выглянуло, и люди вокруг милые, ну прямо, как в горах… И не беда, что эти красавцы в домодедовских кафе дерут за банку "Балтики" как за бутылочку коллекционного бургундского: в конце концов, пиво можно было взять с собой. Не беда, что кресло в ТУ-154 почти вплотную вжато в спинку кресла соседа спереди, а у тебя с собой рюкзак, и приходится растопыривать колени, а сосед сбоку мямлит что-то про гинекологическое кресло да еще находит это забавным… Шутник фигов, дядя с интеллектом гиперсексуального возраста… Что ты ему и сообщаешь. Как и то, что у самого-то кресло держится на соплях, и пристегиваться нет смысла: случись что, будет летать по самолету вместе со стулом и в прямом и в переносном смысле, катапультировщик фигов…Он начинает париться, в панике пробует поменять место, а поздно - взлетели. Но все это не беда. Потому что сосед спереди оказывается соседкой, а интеллектуал-катапультировщик сбоку - твой старый дружбан, и все вы направляетесь в горы…

Аэропорт в Минводах лучше не описывать. В том смысле, что все плохое, что вы знали до этого об авиаперевозках и связанной с ними инфраструктуре, начинает подвергаться резкой ревизии. Только это все тоже не важно - мы у ворот Кавказа. И пиво во множестве окрестных кафешек продают почти по советским ценам. Сторговываем за 1,500 рублей машину, не забываем о бурой шайтан-жидкости, принимаемой в окрестных же палатках за прохладненский коньяк, и валим в горы. Необходимо сразу оговорить "отстежку" на блок-постах - у них фиксированные таксы - а то потом водила включит ее вам в счет.

Водила ставит лезгинку "Черные глаза" группы "Кавказ", ты, потягивая бурую шайтан-жидкость, читаешь дорожные указатели, и вдруг на тебя наваливается магия названий - черт побери, ведь мы действительно совсем скоро будем в горах…

Говорит Вечтомов: "Есть на земле места, куда приезжаешь и чувствуешь: ну вот ты и дома. И не важно, что прописан ты совсем по другому адресу и живешь почти все время на расстоянии в несколько тысяч километров отсюда. Когда ты приезжаешь, возникает ощущение, что весь год ты провел, словно в изгнании и только сейчас, наконец, вернулся. Одним из таких мест для меня стало Приэльбрусье. Терскол, Чегет, Северный цирк, Доллар - вот слова, которые заставляют мое сердце биться учащенно, независимо от времени года. Именно здесь горные лыжи для меня, переросли из простого увлечения в образ жизни".

В общем, образ жизни у нас такой. Встречаться с тем, кого любишь здесь в горах, с нетерпением ждать этих первых минут и всех последующих минут, пока снова не спустимся в Мир Городов, а все остальное время благодарить Господа Бога за то, что шутки ради не создал эту Землю абсолютно плоской, за то, что придумал снег, подарил тебе твоих дружбанов и позволил увидеть и ощутить все это глазами, ногами и сердцем. Можно было бы сказать "аминь", но за шайтан-жидкость еще одно отдельное спасибо!

2. УТРО

Это то, что хмурым не бывает. Вне зависимости от того, что делали накануне. И даже, где проснулись. Потому что это утро в горах. Первые секунды Нового Еще Одного Дня Абсолютного Счастья. Можно даже ввести сокращенное "НЕО ДАС". Правда, получается как в фильме "Матрица". Или на упаковке кефира "НЕО". К черту кефир. Тем более, что здесь есть айран. Причем настоящий, а не супермаркетный, потому как тут его родина. Так вот, чтобы вам провести этот новый день не как кефир, то есть наиболее полноценно, вы можете воспользоваться данной статьей. Или послать эту статью к чертовой матери. Как, собственно, и все статьи в мире. Или все же взглянуть краешком глаза. Свобода выбора уже завела вас в горы. Так стоит ли отказываться от данного принципа, первого в системе приоритетов. Доедайте скорее свою овсянку, или яичницу, или хычины и валите на гору. Именно здесь на Чегете в прошлом сезоне был самый недорогой ски-пасс: абонемент на день стоил 300 рэ, в два-три раза дешевле, чем в Подмосковном Волене или Сорочанах. А какой был снег… Особенно в апреле, когда проводили третий этап соревнований по фрирайду.

Говорит Вечтомов: "Здесь в Приэльбрусье я впервые подхватил неизлечимую бациллу фрирайда, здесь все было для меня впервые: прыжки со скал и надувов, спуски по 50-градусным склонам, кулуары, пройденные "по линии падения воды" и даже первое, и надеюсь последнее попадание в лавину. Помню, как в компании друзей с явно расстроенным инстинктом самосохранения мы прыгали с камней на "северах" Чегета. Это были одни из наших первых "пацанских" прыжков, когда чуть ли не по полчаса стоишь перед разгоном, и тебя буквально тошнит от страха. Перед тобой край скалы, а дальше внизу виднеются игрушечные домики - поселок Терскол. Постепенно ты понимаешь, что загнал сам себя в тупик, и путь с этого уступа остался только один - вниз. И тогда решимость побеждает страх. Ты щелкаешь палками, отталкиваешься, и в следующее мгновение твои мысли перестают существовать. Есть! Ты это сделал, и остаток дня после удачного прыжка будет наполнен ощущением безусловного счастья. Но так бывало не всегда. Не редко, в результате не слишком чистого приземления, на следующий день "герои" хромали и лечили отбитые голени "фастум-гелем". (Рекомендую - неплохо помогает!)"

Вне зависимости от того, чем вы собираетесь заняться - фрирайдом или рекреативным катанием, вы УЖЕ в правильном месте. Кресло канатной дороги поднимает вас все выше и выше. И вот внизу уже остается Чегетская поляна, потом верхняя кромка леса, а потом… и орлы, и вот уже вы сами - орел! - находитесь на крыше того Мира, что привезли с собой. И это не предел. Совсем уже скоро станет ясно, что не предел. И возможно, захочется перешагнуть границы. Или раздвинуть. Или… ну, например, взорвать, пробить, как в незабываемой "Стене" "Пинк Флойд". Тут у каждого свое. Однако если решитесь, горные лыжи помогут.

3. ГОРА

Только не надо торопиться. Отнеситесь ко всему с должным почтением. Как сказал один человек: "Гора - она живая. Она решает… И от того, как ты ее поймешь, зависишь весь ты". А этот человек знал, что говорил. Он отдал экстриму всю свою жизнь, и таких людей стоит послушать. Надеюсь, вы давно уже переросли дурацкие понты (даже если начали кататься сезон или два назад), и вам вовсе не к лицу быть опасным для людей, мирно спускающихся по склону. Да и становиться камикадзе вряд ли стоит. Если уж так не терпится поизображать из себя гуттаперчевого героя мультика, попробуйте заняться фрирайдом. Все получится… со временем. Но во-первых, вы будете опасны только для самого себя. Во-вторых, подберете себе подходящую компанию братьев и сестер "с пулей в башке". В третьих, будет у кого поучиться. И самое интересное, как вы только пройдете эти три пункта, дурацкие понты вас просто перестанут интересовать. Ну, если, конечно, вы не какой-нибудь уж очень редкий экземпляр, у которого с детства расстроено чувство реальности. Но тогда его это вам читать про Чегет. Оговоримся сразу: для вышеозначенных персонажей Чегет - это не круто. Тогда можно предложить почитать о поездках рублевских олигархов в Куршавель, или, что еще круче, полетах китайских тейкунавтов на Марс.

Говорит Вечтомов: "На Чегете я вышел на старт первых в своей жизни соревнований по фрирайду. Впрочем, эту более или менее организованную тусовку людей с пулей в башке трудно назвать соревнованиями в общепринятом смысле этого слова. Это скорее клуб, который объединяет людей, одержимых общей снежной манией. Для участников это - в первую очередь, возможность общаться с себе подобными, где никто, глядя на тебя, не покрутит у виска пальцем, а если и сделает это то с явным одобрением во взгляде. Здорово, когда в твоей компании есть классные лыжники/бордеры, с которыми можно хорошо "позажигать" и даже чему-то у них поучиться. А теперь представьте себе, что не 2-3 человека, а целая сотня "отморозков" гоняет по склонам одной горы. Только и слышишь, что кто-то "засадил" вон с той…, ну словом очень большой, скалы, а еще кто-то первым расписал кулуар Погремушка, печально известный своей лавиной опасностью. Все подначивают друг друга на подвиги, стараясь реализовать свои амбиции супер-райдера".

Рельеф здесь на Чегете чумовой, один из самых неслабых в стране. Однако, возможно, катание по трассам не совсем лежит в области наших, - моих и парней "старых херцев", - интересов. Ехать сюда за роскошным карвингом по ухоженным трассам я бы не советовал. Таких просто нет. Возможно, пока. А есть то, что было всегда, в том числе и легендарные Чегетские бугры, смахивающее то на трассу для могула, организованного шизофреником, то на противотанковые укрепления Второй Мировой. Но и бугры входят в миф, составляющий несравненную магию этого места. Потому что вы можете туда на бугры просто не ехать. И тут начинается самое главное. Катание вне трасс, "юга" и "севера". Как вы понимаете, речь идет об экспозиции склонов, сообразно сторонам света. С одной лишь, но очень важной оговоркой: все, что будет написано дальше, не есть прямой призыв к действию. Потому что "Юга", а еще больше "севера" Чегета - очень лавинно опасны. Особенно кулуары, которыми завершается поистине роскошный северный цирк.

Спуск по "югам" - это в основном ненапряжное рекреативное катание, очень и очень приятное. От верхней станции подъёмника вы уходите сразу вправо( если смотреть вниз ) – к широким целинным полям. Но поля эти небезопасны. Особенно последняя треть всех южных склонов – где они становятся круче, и начинается лес. В лесу южный склон образует ряд крутых сбросов, которые упираются в реку Донгуз-Орун . Вся эта зона очень часто бывает лавиноопасной. Лежащие там снежные доски, на первый взгляд довольно мирные, стали причиной многих несчастных случаев. Одна из самых злобных – так называемая «девятая доска», ориентир – сгоревшее дерево. Её лучше объезжать даже в небольшой снег: или траверсом вправо на Дальние Юга, если знаешь путь, или траверсом влево – по «тракторной дороге», по направлению к канатке, так вернее.

* Все направления даны с учетом того, что вы находитесь наверху и смотрите вниз.

Ну а северный цирк - это просто сказочное место. Помню, как в первый мой приезд на Чегет мы с группой райдеров расписали его первыми после снегопада. От бесконечных белых полей аж рябило в глазах, и бешено стучало сердце. Это был восторг и ощущение полета, а облака снежной пыли обгоняли нас на поворотах. Потом мы остановились, чтобы решить, по какому кулуару выходить. Вечтомов сказал мне, указывая на нечто узкое, отвесное и стремящееся быть чуть ли не спиралью: "Вот это и есть Мечта Сноубордиста (кулуар такой), давай, мочи!"

Я был на доске и отчего-то не предположил, что он шутит - все когда-то бывает в первый раз. Словом… Я замочил! Самое интересное, что еще какое-то время, и не малое, все были уверены, что я действительно очень круто мочу по Мечте Сноубордиста на заднем канте. Может, потому что я сваливался с попадающихся по пути камней и скал, пролетал несколько метров и мочил дальше. Причем действительно на заднем канте. Но как бы это поточнее выразиться: на заднем канте моего тела. Его еще иногда называют ж… И, в общем, это правильно. Филологи, создавшие русский язык, нашли очень точное определение того, что иногда с нами происходит. Самое сюрреалистическое в этой истории то, что пролетев примерно на скорости свободного падения две третьих кулуара, я наконец зацепился за снег и спустился вниз на уже вполне управляемом снаряде. Если б это сняли на пленку, а потом показали какому-нибудь Джейку Бертону, старик, наверное, тут же отправился бы на пенсию. Беда только в том, что вряд ли когда-нибудь удастся повторить этот трюк с такими же результатами. И испытать еще раз все те же ощущения, тем более что месту, обозначенному филологами, повезло - ни одной царапины или даже маленького синяка. Может, я действительно круто мочил на заднем канте?! Или, тогда уж правильней, с китайцами на Марс?!!

Говорит Вечтомов: "Часто день катания на Чегете завершается в традициях backcountry. Фрирайдеры собираются в кафе наверху второй очереди, а затем отправляются пешком на Чегетскую Балду. Backcountry - это всегда маленькое путешествие, а значит, приключение. Через несколько десятков шагов подъемники пропадают из поля зрения за перегибом и ты остаешься наедине с суровой природой гор. Тяжело дыша из-за недостатка кислорода на высоте, райдеры то в мыле штурмуют снежные крутяки то карабкаются по скалам, демонстрируя, подчас, неплохую альпинистскую подготовку. Во время пешего подъема я невольно проникаюсь уважением к нашим предкам, которые жили в те далекие времена, когда еще не был изобретен подъемник. Для них, лишенных роскоши ехать в гору, сидя в кресле, каждый спуск, наверное, был настоящим событием. Видать, здоровые они были лоси, если столько ходили пешком! Проходит час-другой "фитнеса" и мы у цели: у ног раскинулись целинные просторы Северного цирка. Недолгий отдых в предвкушении долгожданного фана. И - с радостным воплем вниз, вздымая за собой клубы снежной пыли, до тех пор, пока забитые мышцы не откажутся повиноваться. Северные склоны Чегета заканчиваются несколькими крутыми и узкими кулуарами, названия которых образно передают ощущения тех, у кого хватает дури здесь кататься. Просвистев через Лужу Бодрости или Слезу Комсомолки, уже в лучах заходящего солнца мы поздравляем друг-друга с еще одним днем Свободы."

4. APRES SKI PARTY И ГДЕ БРОСИТЬ КОСТИ

Помимо частного сектора, который, в общем-то, не рекомендуют, если только это не ваши знакомые с очень хорошо и надежно закрывающейся квартирой, в последнее время появилось множество весьма симпатичных частных гостиниц. На Чегетской поляне можно снять номер с "эвроремонт, понимаешь!"за 500-700 рэ с человека. Мы бы рекомендовали гостиницу "Озон" с классным баром, где проходили все фрирайдные тусы, или отель в народе известный как "У Сулеймана" с уютным кафе, где очень неплохая кухня. Хотя, собственно говоря, во всех кафешках на Чегетской поляне кормят вкусно, вопрос лишь в личных пристрастиях. Более или менее организованное apres ski в кафе "Ай" у начала второй очереди, и все, что вы устроите сами на солнечной Чегетской поляне. А потом еще дозажжете в "Озоне" или на сумасшедшей дискотеке в баре гостиницы "Чегет". Поверьте, после дня здешнего катания вас будет так переть, что мало не покажется и скучно не будет. А заведений, которые работают до рассвета, здесь полным-полно. Только стоит ли прям до рассвета, ведь завтра на гору…

И еще раз слово Вечтомову: "В большинстве своем фрирайдеры - люди оригинальные. Я бы даже сказал, с причудами. И выражается это не только в своеобразии выбранной линии спуска, но, также, и в обычной, "долинной" жизни и в манере устраивать апре-ски. Пообщавшись с этой кодлой великовозрастных сорванцов, моя жена Анна, (в горнолыжной среде более известная как Крыса) далекая от фрирайда и всегда предпочитавшая комфортный отдых во французских Альпах, заявила: "Теперь только на Чегет. С райдерами!" Вот так: со всеми рано или поздно происходит подобная метаморфоза. Что не отменяет наших искренних симпатий к другим местам совсем в других горах.

5. К ЧЕМУ ВСЕ ЭТО?

Ну, наверное, все, сказанное выше, отвечает на вопрос, вынесенный в подзаголовок. За духом приключений, за фрирайдом. За красотой и аурой этого места. За духом веселья и драйва. Хотя бюджетные соображения играют не последнюю роль. Но есть и еще кое-что. То, что и составляет ауру и легенду этого места. В самом начале мы обмолвились о людях. Тех, у которых там наверху, среди белого безмолвия прошла вся жизнь. Вдумайтесь: часто ли вам удается встретить НАСТОЯЩИХ людей? Это редкий, почти исчезающий вид на нашей заболевшей планете. Я говорю о людях, не задетых удушливыми вибрациями больших городов. О людях, для которых непонятны и наша суетливая решимость отвечать на так называемые вопросы бытия, или там смысла жизни, и наше странное существование между нервной тенью "вчера" и гипотетическим "завтра". О людях, которые просто живут здесь и сейчас, и им абсолютно наплевать на все эти умные, тонкие экзистенциальные профанации. Потому что отрава (как бы изящно ее не упаковали), она отрава и есть.

И в заключительный раз говорит Вечтомов: "Каждый раз, отправляясь в Приэльбрусье, я понимаю, что приезжаю не только в горы, но и к людям, которые там живут. Я заражаюсь от них каким-то внутренним спокойствием и равновесием. Мы, обитатели больших городов, постоянно мечемся и суетимся в поисках смысла жизни, боремся за мифическое "светлое будущее". Мы не понимаем, что светлое завтра уже наступило, оно уже здесь. Надо только поверить в это и просто обрести счастье. А мы продолжаем приспосабливаться и обманывать других и, что самое, печальное, себя. Людям, проводящим свои дни в горах незачем мимикрировать, они знают: горы обмануть нельзя, в горах человек раскрывается и предстает таким, какой он есть на самом деле. Поэтому, многим из этих людей дано остаться самим собой".

Горы - это грозный, пугающий и прекрасный мир. Возможно поэтому они так нас и манят. И одновременно это очень радостный мир. И мы все на некоторые счастливые мгновения становимся такими, какими, наверное, и были созданы. А это порой - сверкающий алмаз. Или сложные кристаллы, играющие переливами горного солнца. Так выглядит любовь. Такой от нее исходит свет. И знаете, что самое главное? Иногда можно сделать так, что эти "некоторые счастливые мгновения" становятся очень долгими. Иногда даже, если повезет, размером в целую жизнь.