Путеводитель от «Старых Херцев»: По шелковому пути через Каракумы

Текст: Алексей Дергачев

Фото: Алексей Дергачев

Участники проекта: Александр Сухоруков, менеджер авиакомпании S7 (Honda XR250) и Алексей Дергачев, неменеджер экстремального сообщества «Старые Херцы» (Yamaha WR400F)

Штаб-квартира. РФ

С самого начала идея моторейда по Туркмении летом показалась мне полной авантюрой. Но шанс попасть в бывшую советскую республику, ныне одну из самых закрытых стран, заставило меня пойти на сделку со здравым смыслом. Тем более, что появилась возможность пройти по следам генерала Скобелева, в конце 19-го века фактически открывшего эти места миру, а этим краям - достижения цивилизованного человечества. До того Туркестан представал эдаким белым пятном, где ханы и беки постоянно воевали за власть, где повсеместно было распространено рабство. Хотя история Средней Азии знала и славные времена. Здесь проходил великий шелковый путь. По южному – караваны шли в Иран, Турцию и Закавказье. Этот вариант маршрута показался нам очень интересным и символичным. Изначально планировалась заброска шести бойцов на мотоциклах. Но по разным причинам к моменту отгрузки тел в Туркмению в строю осталось лишь двое. Как мы потом поняли – это был знак свыше. Да и я хотел отказаться, просчитав затраты и проблемы, которые мы огребали, ввязываясь в эту мороку. Если бы не Саша, затративший на подготовку кучу сил, я бы так и сделал. Но не принято у нас, «Старых Херцев», бросать товарищей, даже если они проженные авантюристы. Нет, если говорить про Сашу, так он тихий и скромный, но все мы знаем где черти водятся.

Главной проблемой на подготовительном этапе оказалось получение виз. В Посольстве Туркмении сначала обещали все сделать быстро, но когда дошло до дела, быстро слились, сказав, что быстро такие вопросы не решаются. Месяц – минимум, и пояснили, подписей собрать много надо, бумаги по чиновникам ходит будут долго. Но времени –то у нас и не было – надвигалось лето, а с ним и жара. И так то, начало июня – далеко не лучшее время для путешествий по Каракумам. Похоже нам снова намекнули – может не надо ввязываться во все это.

Кроме жары неприятным казалось наличие большого количества всяких ползающих гадов, разной степени ядовитости. Особенно неприятным было то, что конец весны – период спаривания всей этой братии. Твари злы, агрессивны и особенно ядовиты. Об этом нам рассказали в редакции журнала «Независимый Туркменистан». Как и о многих других ужасах Туркмении. Нас всячески отговаривали от поездки, в один голос пугали и стращали. Тут уже не намеки, тут прямым текстом все объяснили. Мы напугались, но от поездки не отказались. Про гадов сказали правду, а вот про остальное... Видимо, почти эксклюзивным поставщикам информации о Туркмении очень не хотелось лишаться этой монополии.

Проблемы с визами мы частично решили, отправив заявку в туристическую компанию DN tours, ведущую среди немногих турфирм в Туркмении. Выезд запланировали на 5 июня. Именно в этот день совершал рейс самолет компании S7, летающий в приграничный узбекский Ургенч раз в неделю. Маршрут был распланирован таким образом, чтобы пересечь Туркмению с севера на юг через Каракумы, а затем с востока на запад. Из-за цейтнота, пришлось пойти на вариант получения виз на границе, что создавало дополнительные трудности. Визу должны были дать или не дать, что было вполне вероятно, лишь 5-го. Мы узнали бы об этом только в Узбекистане. Поэтому были прикинуты другие, запасные варианты маршрута. Стоимость получения визы на границе составляла 150 долларов против 50 в консульстве в Москве, что также не добавляло нам оптимизма.

Домодедово. Вроде бы тоже РФ

Правы были те, кто отказался. Надо верить в приметы и следить за знаками. Окончательно поняли мы это на грузовом терминале в Домодедово. Процесс отправки и затаможки мотоциклов занял два дня. Принцип одного окна на терминале не известен. Не известен также принцип одного здания и даже одного квартала. Нас гоняли из угла в угол, из подъезда в подъезд. Мы как бешеные псы мчались в управления по режиму и прочей хрени. Собирали бесчисленное количество никому ненужных подписей. Похоже многие моменты таможенники не знали сами, а потому пытались подстраховаться визой начальника. На пути стояли другие чинуши, секретутки и прочая нечисть. Все они добыли нас так, что хотелось обмотаться гранатами, как в фильмах про героев-защитников, дернуть чеку и напоследок крикнуть: всех вас гадов с собой заберу. Тетушки работавшие на терминале, понизив голос, делились, что искренне мечтают о том же. На домодедовской таможне, впрочем как и во многих госструктурах, несовершенство законов отягощается издевательством над человеком. С расчетом, видимо, на то, чтобы он сам пришел с денежкой в конверте и мольбой о помощи. Можно было заметить, что некоторые вопросы решались на раз, когда это кому-то было надо. Когда же мы на какое-то мгновение оказались в таможенной зоне, то зайдя сзади, увидели, как здоровенные детины в погонах играли в компьютерные игры. При этом они изображали активную деятельность и на вопросы людей, как там с оформлением, глядя на монитор отвечали, что процесс мол идет. Растратив нервную энергию и наличные, к 21-му нуль-нуль дня, предшествующего вылету мы все-таки отгрузили своих лошадок. Буквально за 15 минут до закрытия таможни.

На следующий день, мы первым делом убедились, что наши мотоциклы загружены в самолет, а уж затем чуть было не опоздали в него сами. По закону подлости именно в этот день были большие очереди, а мы не учли, что снова придется заполнять декларации, указывая мототехнику в двух мучительных экземплярах. В тот момент, когда наш багаж уже собирались выгружать в зад, нам удалось вихрем ворваться в наш лайнер. Счастливые, размазавшись в удобных креслах S7-го боинга, мы летели навстречу судьбе. Неизбежность ожидала нас.

Узбекистан

Сладкий узбекский воздух ворвался в открытый люк и приятно защекотал ноздри. Запахло восточными сказками, перед нами появился джин и произнес: оформление заплатить надо, да?! Мы сразу прифигели. Билат.

Нах..., нах... – закричали мы хором. Но попав в зону прилета поняли – в аэропорту кругом одни доярки, точнее дояры... машинного доения. А мы их дойные коровки. Таможенники, таксисты и еще всякие непонятные люди, предлагавшие разного рода услуги, вроде охраны нашего багажа.

У сограждан дояры потрошили багаж, сначала просвечивая, а затем проверяя все, что блестит. Узбеки оправдывались, объясняя, почему у них с собой CD диски, дешевые DVD-плееры и какие-то деньги. Видимо, таможенники объясняли им, что эти бабки уже не их. Похоже, что служащие таможен всех стран похожи, они выше национальностей, религий и предрассудков. Люди будущего, настоящего и стоящего. Они объединят этот мир, чтобы раздеть его до нитки. Надо отдать должное сотрудникам таможни в Ургенче, нас не потрошили и отнеслись к нам очень по доброму. Благодаря представителю авиакомпании S7 в Ургенче, таксисты нас тоже не обобрали.

Хотя было видно, как текли у них слюни. Умит, так звали симпатичного и доброжелательного сотрудника S7, помог нам с вещами, а затем отвел в кабинет, размерами больше напоминающий кинотеатр. Несложно было догадаться – здесь живет директор. Директор аэропорта Фархат Худайназаров. Наш приезд совпал с годовщиной рейсов авиакомпании S7 в Ургенч. Прием был настолько радушным, что быстро забылись все предыдущие трудности и невзгоды, а на утро изрядно болели головы. Проводы были соответствующие. Правда, этому предшествовало долгое таможенное оформление транзита мототехники. Пришлось отдать долларов по 50 за разгрузку мотоциклов (своими руками) и еще по 50 (почему-то евро) за проезд по территории Узбекистана. Зато до границы наши вещи везли в машине таможенного управления с мигалкой и сиреной. А сами мы на мотоциклах ехали следом. То ли так провожали дорогих гостей, то ли опасались, как бы они чего доброго не сбежали.

Туркменистан

К трем часам караван прибыл на границу с Туркменией, где и оставался до вечера. Форма туркменских солдат всколыхнула воспоминания об СССР. Хотя по-русски, если не считать офицеров, общаться мог лишь один из них. Правда одно слово выучила практически вся туркменская молодежь. Первое что мы услышали, это вопрос погранца, указывающего пальцем на мою Ямаху: «Хонда»? А потом традиционные: сколько жрет, сколько прет? Причем что удивительно, именно в этом порядке. На доллар в Туркмении можно заправить полный бак 95-го. Но уровень жизни вдали от столицы таков, что людям и на дешевый бензин денег не хватает. Вообще, в отличии от всех других мест, где мне доводилось бывать, это, пожалуй, единственная страна, где все спрашивали расход топлива. Пересказывать детали очередной волокиты с оформлением смысла нет, но наши кошельки опустели еще долларов на 300 у каждого. Это сумма сложилась из платежей за визы, за въезд на мотоциклах, топливные сборы и что-то там еще. За то время, что мы оформлялись, мимо нас в сторону Узбекистана на тележках провезли штук двадцать корейских холодильников. Они там бедные (!) – прокомментировал пограничник. Причем между мирными гражданами за грузчиков с телегами шла битва. Некоторые вражеские холодильники просто сбрасывались на землю несмотря на высокую стоимость товара. Кончилась эта эпопея печально для всех. Границы двух стран перестали работать и люди с товаром застряли между ними. Грузчики, которым видимо не заплатили, зло поскидывали все холодильники на асфальт и убрались восвояси. Всех остальных тоже выгнали, а покалеченная техника так и остался валяться на нейтральной полосе, напоминая оставленное противниками поле битвы.

От DN турс нас встретил гид Бава, вполне по европейски выглядящий молодой человек, колоритной лысой наружности. Как мы узнали, нас не особо ждали. Вероятность получения визы была оценена процентов в 5-ть. По крайней мере до нас туристы из СНГ получали только отказы. На подолбанной копейке наши вещи, а следом и мы, добрались до приграничного Ташауза (Дошагуза в новой версии). Надо отметить, что практически все мало-мальски значимые населенные пункты Туркмении были переименованы с подачи великого, недавно усопшего туркменбаши.

Новые названия приобрели совершенно иной смысл, иногда сохраняя похожесть звучания. Это аналогично тому, как если бы мы переименовали Мухосранск в Духозванск.

В Мухосра...Ташаузе мы остановились во вполне цивильном отеле, лучшем на весь город. Вообще отелей в Туркменистане немного, как и заправок. Выяснилось, что бензин-то дешевый, но на севере страны на заправках его найти трудно. Так же как и на всем пути до Ашхабада. Зато в каждом городе, каждой деревне можно найти этот же бензин, только дороже. В городах этим занимаются целые группы, а в деревнях обычные пацаны.

Что касается погоды, то она оказалась почти что прохладной, по туркменским, естественно, меркам. На границе даже пошел маленький дождик. Поутру мы отправились на рынок, для пополнения запасов продовольствия и воды. Наших ожиданий рынок не оправдал. Никакой восточной экзотики, как к примеру в Самарканде или Улан-Баторе. Скорее заурядный провинциальный рынок в России лет 15 назад. Хотя все остальное, если вычесть спутниковые антенны и праворульные авто из эмиратов, больше напоминает картинки из жизни провинции середины семидесятых. Те же копейки, ижи и газики, повсюду регулировщики на улицах. Разбитые дороги, дефицит. Плакаты вождей.

По великому шелковому пути

Первой достопримечательностью на нашем пути оказался Куня-Ургенч, т. е. старый Ургенч, бывшая столица Хорезма. Здесь город проходил южный, или как его еще называют старый шелковый путь. Именно по южному шелковому пути и был проложен маршрут нашего путешествия. Гургандж, как еще называли этот город в древности, достиг максимального расцвета в середине 14-го века. Сохранилось достаточно много мечетей и мавзолеев, построенных в период с 11 по 14 век. Архитектурные шедевры древности в Куня-Ургенче соседствуют со свидетельствами жестокости завоевателей. По соседству с высочайшим в центральной Азии минаретом Кутлуг-Тимура (62 метра) расположен огромный курган с останками тысяч и тысяч людей, уничтоженных то ли Чингиз-ханом, то ли Темерланом. По краям захоронения со всех сторон видны кости убиенных. Потрясенные увиденным, мы отправились в путь. Правда перед этим у жучков мы купили пару канистр с бензином. На заправках его как водится не было. Бензин был подозрительного цвета, но нам кивая головами говорили: 95-й точно. Движок моего мотоцикла кушать эту дрянь не захотел. Пришлось долить в бак жидкости для повышения октанового числа. Стало намного лучше. Благо, нам повезло – компания Liqui Moly стала техническим спонсором нашего рейда и снабдила нас маслами и прочими необходимыми жидкостями. С уверенностью могу сказать, что опыт практически всех подобных поездок убеждает в необходимости имееть с собой увеличители октанового числа. В противном случае можно просто никуда не доехать и попасть на ремонт движка. В дальнейшем, мы уже не искушали судьбу и сразу разбавляли топливо. Но все равно пару раз после заправок мотоцикл начинал дергаться, пришлось менять свечу и т.д.

Белое солнце пустыни

Начиналась жара. Пить хотелось нестерпимо, воду мы начали потреблять литрами. Это была ошибка. Почему-то именно в этот раз мы недооценили опасность. Мы знали, что жидкости у нас с собой достаточно и не боялись ее расходовать. Но забыли простые истины: пить желательно минералку, понемногу и вода не должна быть холодной. Когда хлещешь простую воду литрами, вымываются соли, нарушается какой-то там водно-электролитический баланс организма, начинается расстройство. Как следствие, быстро наступает усталость. А умные ребята от этого приключения отказались.

Но пока организмы были в порядке. Мы мчались навстречу приключениям и чертыхались, что ехать приходилось неподалеку от главной дороги. К сожалению, до поездки так и не удалось объяснить нашему гиду, что нам нужны не дороги, а пески Каракумов. Мало того, при встрече, водитель нашего джипа Язмурат стал убеждать нас, что песок в пустыне такой мелкий, что мы не сможем по нему ехать и будем зарываться. Надо, мол, ехать по асфальту. А как ездить на мотоцикле по барханам – нам покажут местные пастухи. Вроде как нам за ними не угнаться. Но когда представилась возможность, «Старые Херцы» дали понять кто есть ху, и шофер признал свою неправоту.

В первый по настоящему боевой день была раскатка. Но дистанция, запланированная на день составила около 370 километров. Кто ездил на эндуро, поймет – это очень много, особенно, если полдня осматривать достопримечательности. У нас была запланирована ночевка около провалившегося лет сорок назад в преисподнюю газового месторождения. Это место называют кратером. Когда в полной темноте мы, абсолютно измотанные, приехали на место ночевки, то увидели свет, идущий из недр. Место для ночевки выбрали метрах в трехстах от кратера. Я сполз с мотоцикла и понял, что не хочу идти ни к какому костру. Моей мечтой было снять мотоботы с измученных ног. Но я боялся. Мысль о выползающих ночью кусающихся тварях не оставляла меня. Желательно было не оставлять расстегнутыми сумки, а вещи не класть на землю. Мотоботы на ночь я на всякий случай положил на крышу нашего внедорожника. Ели и спали мы на кошме из овечей шерсти, она защищала нас от скорпионов и пауков. Но перед этим мы все же подняли свои истерзанные жестким сиденьем задницы и поплелись к кратеру. То, что открылось нашему взору, кроме как дорогой в преисподнюю, чем-либо назвать было сложно. Перед нами зияла дыра метров под сто в диаметре и глубиной метров сорок, на дне которой горел огонь. Сотни языков пламени выбивались прямо из под земли. Удушливо пахло газом, а жар чувствовался даже на отдалении. Но самым удивительным был столб из саранчи, мотыльков и других насекомых, словно пылесосом засасываемых в огромный костер. Все это сопровождалось шумом тысяч крыльев. Само действо напоминало то ли воронку из «Ночного дозора», то ли путешествие грешников в ад.

Спали мы неспокойно, все-таки первая ночь в пустыне. Палатки задраили наглухо, чтобы ни одна гадина не проползла, но на утро все равно пришлось осматривать все вещи во избежание недоразумений. Их не было.

Дальнейший путь был значительно интереснее, наши спутники поняли, что нам требуется и банда двинулась в пески. Иногда нам попадались стада овец, верблюды, стойбища. Аборигены при встрече традиционно изрекали полувопрос-полуутверждение: Хонда? Туркмены вообще оказались очень гостеприимным и дружелюбным народом. На протяжении всего путешествия, где бы мы ни были, нас приглашали в гости, угощали чем-либо. Удивило обилие мототехники. У каждой уважающей себя сельской семьи есть мотоцикл, часто не один. Правда всегда старый, еще советского производства, в основном Иж-Планета. Эти раритеты еще ездят, хотя часто ломаются, а запчасти в дефиците. Как водится, мальчишки на мотоциклах – самые счастливые среди сверстников, как в нашем детстве. Все им завидуют, а они гордо красуются перед девчонками и заезжими мотоциклистами.

В отличии от древних мотоциклов туркмен, наша техника поражала своими техническими возможностями. Как то на бархане Саша решил упасть. Головой вперед через руль. Мотоцикл, показав чудеса эквилибристики, перевернулся и грохнулся на сашину спину. Наши сердца сжались от страха. Но Саша этого даже не заметил (защита спины вещь полезная), лишь потирал ушибленную кисть.

Конечно, мы снова не уложились в световой день, хотя и ехали в самую жару. Ощущение было такое, как будто находишься на сковороде. К палящему солнцу добавляется жар от мотоцикла и начинаешь верить рассказам, как можно в пустыне без огня приготовить яйца вкрутую. Просто на бензобаке. Даже вечер не приносил желанного облегчения. И в 8 часов вечера от песка шел жар, как из духовки. Но техника вела себя достойно. В моей Ямахе снизу что-то позвякивало и похрустывало, были подозрения на моторную цепь. Казалось, что скоро конец. Но мой железный друг продолжал мочить, как не в чем не бывало. И мы мочили (или нас)... в сортире. Позже выяснилось, что буквально за три дня у мотоцикла растянулась цепь, а у нас случилась неприятность внутренних органов. После подтяжки пропали все посторонние звуки. А после таблеток появилась возможность отходить от толчка более чем на 10 метров.

Мы приближались к Ажгабату (если говорить по новому). На въезде всех ожидала очередная регистрация. Эта процедура уже становилась привычной для нас. С самого начала рейда необходимо было в определенных местах выезжать на трассу, чтобы отметиться на постах полиции. Приятной неожиданностью было то, что иностранцев туркменские гаишники останавливать не имели права. Ведь Саша не имел права... потому, что не имел прав. Нас, конечно, тормозили, но сопровождающие сами показывали необходимые бумаги и наши документы. После чего все данные тщательно вписывались в очередной журнал и нам позволяли двигаться дальше. Компъютер у государственных органов мы увидели лишь раз – у таможенников в Красноводске, но единственное, что они умели на нем делать, так это копировать диски.

Ашхабат

Поздним вечером мы прибыли в столицу Туркмении. Нас разместили в отличном современном отеле «Ак алтын». Пожалуй, единственный раз все было на действительно высоком уровне, но это и не удивительно, поскольку в этом отеле располагались офисы посольств ведущих мировых держав.

Персонал был приветлив и исполнителен, что контрастировало с другими отелями в которых нам доводилось жить. Как нам сказали, в Туркмении существует лишь один маленький частный отель. Все остальные принадлежат государству. И как следствие порой персонал воспринимает постояльцев, как надоедливых мух. Ну вот, мол, опять приперлись. Мне и без вас госзарплату платят. Особенно запомнился громадный новый отель «Туркменбаши» на набережной Туркменбаши в городе Туркменбаши (Красноводске). Современное здание, прекрасный интерьер, замечательный вид из окон на море и море зелени вокруг. И сказочный сервис. Т.е. из очень страшной сказки! На завтрак нам предложили на выбор: омлет, кашу и блины. Выяснилось, что можно что-либо одно, а остальное, включая сыр и масло по счету. Как нам пояснили – за дополнительную оплату. Все бы ничего, если бы отель был дешевым, но в том то и дело, что стоил он вполне прилично даже по европейским меркам. Поразил бар отеля. На стойке стояли четыре бутылки виски и все. То есть абсолютно ничего. На вопрос, какова звездность отеля, барменша, она же командующая столовой, гордо подняв голову отчеканила: пять.

Следующее утро началось с осмотра города. Надо сказать, что Ашхабад, несомненно, поражает воображение. После чудовищного землятресения 48 года, город был отстроен заново. Но то, что произошло с ним по велению Туркменбаши, кроме как фантастикой не назовешь. Кажется, первый президент Туркмении воспитывался на тех же книгах, что и «Херцы». В советских библиотеках было сложно найти зарубежную фантастику, зато наши авторы были в изобилии. Многие из них писали о светлом будущем. А советские иллюстраторы рисовали картинки коммунистических городов будущего. Высокие светлые здания, огромные площади, широкие проспекты – именно эти фантазии превратились в реальность в Ашхабаде. Ничего подобного нет ни в одном из городов мира. Туркменбаши построил себе памятник при жизни. Хотя, надо сказать, далеко не единственный. То тут, то там взгляд натыкается на портрет вождя, хотя уже сегодня чаще встречается портрет нового президента. В столице создан целый ансамбль дифирамбов в камне и золоте Великому Сапармурату Туркменбаши. Чего стоит стелла с вращающимся вместе с солнцем золотым президентом на макушке. Если вы, как и я, подумали, что руки президента тянутся за светилом, то вы проявили полную политическую безграмотность. Все наоборот, это Туркменбаши указывает солнцу его путь на небосводе. Помимо этой фигуры, в городе есть еще один первый президент, воссозданный в золоте в исполинских масштабах. А рядом памятник его гениальному творению – священной Рухнаме. Самый большой в мире памятник книге. Все это охраняет почетный караул.

В Ашхабаде мы посетили крупнейший рынок с названием «Толкучка». Это уже стало официальным его названием. К сожалению, особого колорита, как водится на восточных базарах, на «Толкучке» нет. Скорее это все напомнило наши рынки постперестроечных времен. Зато мне удалось приобрести медаль «Ветеран труда» за 60 000 манат, что в пересчете составляло меньше двух с половиной долларов. Что порадовало реально, так это центральный супермаркет, единственный приличный магазин в стране. Как же мы там оторвались: накупили березового сока, мяса, прочих радостей. После провинциальных комков с убогим ассортиментом, наши измученные желудки ожидал пир.

Маргуш

Квинтэссенцией нашей культурной программы можно считать посещение Маргуша. Мифической страны, которую искали три тысячи лет. Еще в хрониках времен парфянского царя Дария упоминается эта сказочная страна.

Нашли ее лишь 35 лет тому назад, совершенно случайно. И оказалось, что под небольшим слоем песка покоится возможно одна из самых великих древних цивилизаций человечества. Нам удалось посетить Гонур-Депе (Серый Холм), столицу этой цивилизации, возникшей в конце 3-го тысячелетия до нашей эры. В пустыне под палящим солнцем раскинулся огромный город. Как такое могло случиться? А дело в том, что именно здесь тек полноводный Марг (Мургаб). Три стены охраняли покой его жителей. За первой жила знать, за второй вельможи, а за третьей царская семья. Плебеи селились за крепостными стенами. Жители поклонялись огню, воде и земле. Возможно, именно Маргуш является родиной зороастризма. Маргуш достиг расцвета к концу второго тысячелетия до нашей эры, но вскоре мифическая страна канула в лету. Нет, не жестокие завоеватели уничтожили Маргуш. Его уничтожил Мургаб, чьи воды перестали течь в этих краях. И жители вынуждены были покинуть некогда благодатные края. Ветер и годы сделали свое дело. Города, дома и гробницы со временем оказались погребенными под песками Каракумов. И лишь археологи открыли это чудо миру. Хотя удивило отношения самих археологов во главе с Сарианиди к этим руинам. Город был построен из необожженных глиняных кирпичей. За 15-20 лет пусть даже редкие дожди и ветер способны уничтожить древний город, что в принципе и происходит. Говорят на это нет денег, но может быть тогда надо постепенно раскапывать ровно столько, сколько можно законсервировать. А вот приятной неожиданностью стала забота иностранцев о достоянии республики. Средства на консервацию стало выделять американское посольство. Вообще, надо заметить, что в Туркмении древностей – завались. Их плотность невероятно высока. В Марыйском велайяте (области по нашему) можно просто ехать по глухой дороге и увидеть какую-нибудь древнюю хрень. Например сигнальную башню времен Сельджуков. Причем никаким государством не охраняемую, предоставленную самой себе и играющим в ней детям. Хотя чему удивляться. Помнится еще недавно в Москве альпинисты тренировались на развалинах дворца в Царицыно. Хождение по Маргушу оказалось делом непростым. Несколько часов в самую жару добили мой организм, а в частности желудок, окончательно и, как потом выяснилось, поджелудочную. Именно здесь была когда-то установлена рекордная для всего бывшего СССР температура – 50 градусов Цельсия в тени. День посещения Гонур-Депе был самым жарким днем нашего путешествия. Местные оценивали температуру в 45-47 градусов. Хотя по метеорологическим данным было около 43 градусов. Правда в тени. Которой там ни хрена не было. Но я не сдался, пока не пересмотрел все. А то Бава все с надеждой смотрел на меня и спрашивал: ну как, выдержишь? По его глазам было заметно, что он сам ухандокался по-полной и только и мечтает, чтобы свалить. Хотя куда деться с подводной лодки... Кусочек тени мы все же нашли. В старой халупе смотрителя раскопок. Смотрители работают по вахтенному методу. Их сюда забрасывают на неделю. Трудно представить, что в таких нечеловеческих условиях можно существовать. Ни электричества, ни воды, ни телефона. Случись, что – здесь и окачуришься. Направляясь в Маргуш, мы ожидали, что там будет куча туристов, уж больно велико историческое значение этого места. Но туристов вообще не было. Согласно записям в журнале регистрации посетителей, если не считать нас и спонсоров, за месяц туристы здесь были лишь раз пять. Смотритель угостил нас чаем, который тут же вышел через все поры пропитав насквозь не только спину, но и грудь, и конечности.

После Маргуша, закаленные адом, мы помчались в Мерв. Крупнейший город этого региона в средние века. Там на огромной территории 640 га раскинулся удивительный исторический ансамбль, включающий в себя три городища: Александра Македонского, турок-сельджуков (туркмен-сельджуков, согласно туркменской версии) и еще кого-то. Говорят, перед нашествием орд Чингиз-хана в городе проживал миллион человек. Но жителям не хватило сплоченности, чтобы справиться с уступающим в численности противником.

После победы, жестокие завоеватели вырезали все население поголовно!

Кушка

В то время, как мы бороздили просторы Маргуша, Саша наслаждался Жопой Наташи. В Кушке, некогда самой южной точке СССР. Что касается Наташи, то просто одной частью ее тела солдаты обозвали гору. Девушка говорят была любвеобильная... Возможно, именно она была прототипом похожего персонажа из 9-й роты. Сам поселок был переименован в какое-то непотребное название. То, что когда-то было советской воинской частью, превратилось в кучу мусора. Разбитая техника, кое-где оставшиеся лозунги – вот все, что осталось от былого величия. Зато за 7 тысяч манат (чуть более 7-ми рублей) на дальнем юге можно вдоволь наесться и попить пива.

Неподалеку от Кушки в городке Тахтабазар можно заглянуть в древний подземный город. Длинные коридоры ведут к жилищам, расбросанным на нескольких этажах. Кто там жил – не знаю, но я бы не стал.

Постоянно общаясь с людьми на всем протяжении нашего путешествия, невозможно было не обратить внимание на черту, присущую почти всем жителям Туркмении – они верят в сказки. Причем сами их и рассказывают. Не надо быть великим историком, чтобы понять - история по туркменски отличается от общепринятой. Все известные персоны, прошедшие по этим землям становились туркменами, тут тебе и туркмены-сельджуки вместо турок, здесь прародина всех цивилизаций, удивительно, что Александра Македонского не сделали туркменом. Наш гид Бава тоже верил во все это, да и свои истории добавлял. По его словам, однажды в детстве, работая с отцом в поле, у арыка он столкнулся с огромной змеей. Голова змеи была напротив его лица. А хвост скрывался в тростнике на другом берегу арыка. Баве удалось убежать. Когда они с отцом, захватив ружье, вернулись змеи уже не было. Они шагами посчитали расстояние до тростника. Получилось 12 метров, а еще у змеи был хвост. Что за монстры водятся в Туркмении?

Змей-голова

На обратном пути в Ашхабад, наслушавшись рассказов нашего водилы Язмурата о рыбном изобилии здешних водоемов, экспедиционеры решили заехать на рыбалку. Свои снасти я не взял, но волноваться вроде бы не было причин. Язмурат сказал, что у него этого добра завались. Переправляесь через Мургаб, мы заприметили место с обратным течением. В этой яме несомненно должны были водиться сомы и сазаны. Вечерело. Самое время для клева. Когда наш водитель достал снасти времен царя гороха, стало понятно – дело плохо. И дело даже не в примитивности снастей. Огромные крючки на толстой старой леске закидушек отпугнули бы даже самого голодного сазана, а сома на эту снасть нам никогда не вытащить. Но опасения оказались напрасными, все равно никто не клюнул. Зато мошкара зажрала. Хотя одного сомика вытащить все же удалось. Рыбалку было решено продолжить на следующий день. На этот раз неподалеку от границы с Ираном. Лагерь разбили на месте впадения какой-то реки в Каракумский канал. По берегам канала в этом месте росли многочисленные кустарники высотой под 3-4 метра и даже деревья. Подобного мы не видели больше нигде в Туркмении. Но пока искали место для рыбалки, наступила жара. Правда была надежда, что рыбы так много, что все равно что-нибудь да клюнет. Но мы ошиблись. Более того, на другом берегу появился мальчишка-пастух. На вопрос о рыбалке он сказал, что клюет только утром. Не оставляя попыток поймать что-нибудь, я решил переплыть со спиннингом на другой берег канала к месту впадения реки. Ширина канала в этом месте не превышала 50 метров. Но течение было столь велико, что я с трудом смог добраться до другого берега, да и то, лишь взяв удилище в зубы. Зато мне предоставилась возможность увидеть рыбу, которую местные называют змей-голова. Наш гид Бава, перебравшийся туда раньше, нашел перемет, на котором болталось некое бревно с хищным ртом. Это и была загадочная рыба. Говорили, что она жрет всех рыб и даже опасна для человека. А еще , что несколько лет назад ее не было. И что это рыба-мутант. Не знаю, чему верить, но было в ней что-то от налима. Хотя даже действительно опытные рыбаки говорили нам, что змей-голова опасна. Но это не помешало нам позже заказать ее в ресторане.

Попытки поймать что-либо на спиннинг на том берегу окончились ничем и я поплыл обратно. Река в том месте, где пришлось переправляться обратно, делала крюк и течение чуть было не утащило меня вовсе. Изрядно намучавшись, я выбрался на берег лишь метров на сто ниже. Вдоль реки рос тростник и болотная жижа хлюпала под ногами. Уже у нашего бивуака, до моих ушей ненароком донеслись обрывки беседы Саши с Язмуратом. Наш водитель рассказывал: Даа, на том берегу много кобра... Саша заерзал и спросил, а почему именно на том, на что Язмурат спокойно ответил: и на этом берегу много кобра! После этого мы стали глядеть под ноги особенно тщательно и босиком больше не бегали.

Ахалтеке

Путешествуя по Туркмении, не возможно не уделить внимания ее национальным сокровищам. И если к коврам мы с Сашей оказались равнодушны, то не посетить конеферму знаменитых Ахалтекинских скакунов не могли. Но перед этим мы заехали в родовое село Туркменбаши Кипчак. Там прежний отец народа построил самую большую в Средней Азии мечеть, вмещающую 25000 молящихся одновременно. Грандиозное соружение сверкало золотыми куполами, а по ступеням справа и слева от входа текли водопады. Сам Сапармурат Атаевич покоился рядом в собственном мавзолее.

Далее наш путь лежал в Геок-тепе, где разводили и тренировали Ахалтекинцев. Мы даже не остановились у Геоктепинской крепости, уже в конец пресытившись историей. На ферме нас радушно встретил хозяин – Хемра Гульмедов. Сюда же за нами приехала съемочная группа туркменского государственного телевидения, снимавшая репортаж о пребывании команды S7-Старые Херцы в Туркменистане. Выезд на природу мотоциклистов и наездников придал репортажу колорита. После общения с лошадьми, Хемра пригласил нас к себе на фазенду. Во время чаепития мы узнали о предстоящих в Ростове соревнованиях на Кубок президента России и что этот выезд будет первым выездом туркменских скакунов на зарубежные соревнования. Уезжать не хотелось. Солнце было в зените, а термометр зашкаливал. Но нам предстояло преодолеть почти 300 километров. В этот день мы продирались через какие-то арыки в относительной близости от Каракум-реки. И даже умудрились заблудиться в зарослях тростника, а после выехать на обалдевших не меньше нас солдат, несомненно какой-то очень секретной части. После всех термоиздевательств туркменской погоды над нашими организмами, посещение пещеры Ков-Ата сулило райское наслаждение. Ведь там, в недрах Копетдага, на глубине 80 метров находится подземное озеро. Температура воды круглый год составляет 34 градуса. Но на деле все оказалось не столь заманчивым. Ожидаемой прохлады в пещере не было. Наоборот, плюс ко всему огромная влажность. После купания поднимаешься на поверхность мокрый насквозь, так что в пору снова лезть купаться. Позже, мы посетили соленое озеро в Маллакаре. И даже искупались. Вода в нем, как в мертвом море – очень соленая. Наши тела выталкивались, как пробковые поплавки. Целебные свойства воды озера трудно переоценить. Раны быстро заживляются, правда перед этим нестерпимо болят. Например у меня огнем горело все, особенно натертая мотосиденьем задница. После высыхания тело покрывается слоем соли и если ее вовремя не смыть, то можно засохнуть и остаться навечно памятником.

Узбой

Мы стремились к Красноводску. После всех испытаний, очень хотелось окунуться в каспийскую волну. Но путь был не близким. Дневные пробеги были большими. Приходилось ехать ночью. Однажды на пути нам попалась какая-то чайхана, что было большой редкостью в тех местах. Так как мы были предельно измучены, было принято решение остановиться на ночлег. Хозяин чайханы предложил юрту для ночлега. Но внутри нежилой юрты, выполнявшей функции сарая оказался приличный муравейник со здоровенными муравьями. Желания проснуться с обглоданными костями ни у кого не было и пришлось довериться судьбе и лечь на улице. Единственной защитой для всех служила кошма. Проснувшись живыми и здоровыми, мы с Сашей изрядно удивились. Никакие змеи и скорпионы до нас не добрались. Но вскоре радость сменилась горечью. Мне так и не удалось увидеть опасных животных Туркмении. Поиски по окрестностям результатов не принесли. Все было напрасным.

Во время путешествия наша экспедиция пересекла Каракумы вдоль и поперек. Мы добрались до горного массива Балхан, одиноко возвышающегося посреди пустыни, видели Узбой – старое русло Амударьи, когда она еще текла в Каспийское море. На нашем пути встречались идеально ровные такыры и соляные озера, огромные барханы и не очень огромные горы. Пробеги по 300-400 километров в день и жара превратили экспедицию в реальный экстрим.

Каспий

В приморский Красноводск, он же Туркменбаши, экспедиция добралась ночью. Как всегда. В этот день мы одолели рекордные 430 км. Это была конечная точка нашего маршрута. Но надо было проехать еще один, кольцевой этап с заездом на соляное озеро. И на море. Оно ждало нас и манило. Без приключений снова не обошлось. Километрах в 20-ти от Красноводска начиналась погранзона. Хотя мы находились практически посередине между Казахстаном и Ираном. Как назло свои паспорта мы забыли в отеле. К сожалению, мобильники уже здесь не брали и стационарного телефона на посту не было. Резина моей Ямахи была настолько изношена, что за паспортами было решено отправить машину сопровождения. Полтора часа ожидания на жаре оказались не самым приятным занятием. За это время мы успели несколько раз услышать привычный вопрос: Хонда? Посмотрели на проезжающую публику, себя показали. Когда же наконец наши документы прибыли, нам дали зеленый свет. Озеро ничем не впечатлило, интереснее было бы съездить на Кара-Богаз. Но огромный залив с бесконечным соляным берегом был далековато. Пришлось довольствоваться маленьким соляным пятачком длиной в несколько километров. И хотя на ровных соляных полях можно устраивать рекордные заезды, мы не стали экспериментировать. Вдруг разгонишься до скорости звука, а затормозить не успеешь. Но даже немного погоняв, мы уделали свои мотоциклы толстенным слоем крупнозернистой соли. Увы, захватить в Россию ее мы не смогли. Ради здоровья наших коняшек пришлось все смыть. Бава предложил проехаться на пляж, располагавшийся где-то в дачной зоне. Нам эта идея показалась не самой привлекательной. Было решено ехать тупо в сторону моря в тех пустынных местах, где мы находились. Так и сделали. Хотелось купаться и я уехал вперед. Каково же было мое удивление, когда впереди показались какие-то хибары и лодки на берегу. Несколько человек повернулись на шум мотора. Пришлось остановиться. Может браконьеры. После Египта, когда путешествуя в одиночку, я наткнулся на картонную бедуинскую деревню на берегу Красного моря, мне не хотелось бросаться к первым встречным. Тогда бедуины попытались догнать меня на пикапе. Слава богу им это не удалось, но к чему излишний риск. Не дай бог заглохнешь или упадешь. Когда подъехала вся наша бригада, можно было выдвигаться. Оказалось, что это простые рыбаки Карибского, т.е. Каспийского моря. Никакой черной икры у них не оказалось. Зато ухой нас угостили. А мы их в свою очередь русской водочкой и вином туркменского разлива. Водку решили охладить в воде, для чего Саша прикопал ее в прибрежном песке. Какого же было разочарованье морских волков, когда в нужном месте через некоторое время бутылки не оказалось.

Ее унесло в море. Пришлось пить все оставшееся. А потом было купанье и прогулки по красивому берегу. Там на камнях мы наконец-то увидели большую серебристую змею. Я бросился с фотоаппаратом за ней. Змеюка пыталась скрыться, а я босимок прыгал по камням за ней. Вдруг из трещины, на которой я только что стоял, молнией выскочила еще одна змея, на этот раз уже черная. Энтузиазм бегать босиком у меня немедленно пропал. Да это водяные ужи – сказали рыбаки, их здесь полно, а чуть в сторону, там говорят уже кобры. Когда мы вернулись в Москву, то узнали, что первая из змей и была самой настоящей коброй. Сбылась мечта идиота. Я ее видел. Хорошо, что не посмертно.

Вы спросите, а как же рыбалка на Каспии. Рыбалка отличная. Мужики сказали, что накануне за час они поймали около ста здоровенных бычков. Нам тоже устроили охоту на бычков. Но даже всей бандой мы не поймали не одного. Зато бороздя просторы Каспия, метрах в 300 от «базы», мы наткнулись на утерянную бутылку водки. Счастью рыбаков не было предела.

Расставались мы как старые друзья, жаль выпивки было маловато.

Красноводск-Баку

Чтобы попасть на Профессор Гуль, так мудрено назывался наш паром, нам пришлось целый день проходить всю эту таможенно-отправочную дурь. Как всегда, кого-то не было, все почему-то надо было согласовывать с начальниками всех мастей. Билет пришлось покупать сначала на себя, а потом на технику. Мне пришлось подписать 10 (!) квитанций. Но самое смешное, паром уже должен был скоро отчаливать, а сотрудника транспортной инспекции, без которого мы покинуть Туркмению не могли, на работе так и не появился. Видимо, транспорт не часто плавал в Баку. По секрету нам сказали, что инспектор накануне набухался, мол мужики, войдите в его положение. Но нам не хотелось ночевать на пирсе, поэтому после легкой разборки, устроенной Бавой, удалось обойтись без транспортника. Мы загрузились в профессорское брюхо и поплыли в Азербайджан, куда успешно прибыли часов 14 спустя. Баку после Туркмении показался центром мировой цивилизации. Мы приятно поболтали с таможенниками во время, как всегда небыстрого, оформления. Но после произошло событие, потрясшее своей абсурдностью. Нас отказались выпускать с территории порта, заявив, что мы не оплатили перевозку мотоциклов. Это все равно, что на трапе самолета, после полета, с вас еще раз взяли бы деньги за билет. Никакие доводы действия не возымели, мало того, хрен в морских погонах, напоминавший Пиночета, вопил: вы что против наших законов? Он, наверное, думал, что мы испугаемся. Настроение удалось сохранить, высказав новоявленному диктатору, все, что мы о нем думаем.

Благодаря помощи представительства S7 в Азербайджане, нам удалось не посмотреть Баку. Нас в спешке запихнули в аэроплан, видимо, как и везде, желая избавиться от нас побыстрее. Заботу о мотоциклах, представители авиакомпании взяли на себя, чему мы были несказанно рады.

Глупо рассказывать, как мы ухлопали день с лишним на получение мотоциклов в Домодедово. Кое-кто получил порцию слов на грани цензуры. Как ни странно, после этого система заработала быстрее.

Эпитафия

Что хочеться сказать в заключении. Зря я не отказался от этого рейда. Позже апреля и раньше ноября-декабря в Каракумах делать нечего. Берегите здоровье. Мы же потратив кучу нервов, времени и денег, к своему удивлению сделали все, что задумали. Если не считать подорванного здоровья – поджелудочной, печени и прочих субпродуктов (полгода на таблетках), все прошло отлично. Мы видели, что происходило на туркменской земле три тысячи лет назад, что было при Тимуре, и то что происходит сейчас.

Я лишний раз убедился, что Туркмения колоритная страна, в которой живут удивительные люди. Да, они не богаты, но они чисты душой и гостепреимны.

Убедитесь в этом сами. Но не берите с собой мотоциклы. Если только игрушечные.

Алексей Дергачев, «Старые Херцы»

P.S. Огромное спасибо спонсорам экспедиции:
генеральному спонсору - авиакомпании S7,
техническому спонсору - компании Liqui Moly,
лично Воронину Славе за предоставленный мотоцикл,
а также Boardshop.ru за защиту Komperdell и аксессуары.