Религия Фрирайд

Виталий Инге-Вечтомов

Слово «фрирайд» сегодня модное. Что оно означает? Вид спорта? Стиль катания? Источник адреналина? Способ хотя бы на мгновение остановить навязчивый внутренний диалог? Или удел кучки патологически больных на всю башню экстремалов? Наверное, правильный ответ объединяет все вышесказанное. Для многих фрирайд – это больше, чем стиль катания. Это образ мыслей. Образ жизни.

«Не бойтесь достичь совершенства. Оно все равно недостижимо!»

Так говорят буддисты. И эта древняя мудрость, конечно, относится и к нам с вами. Катаясь на лыжах, мы непрерывно совершенствуем свое мастерство, эволюционируя от низших форм развития, именуемых «чайниками», до того заманчивого состояния лыжной продвинутости, когда восторженные наблюдатели с восхищением называет тебя снежным асом. Конца у этого эволюционного пути нет, есть только направления. Один находит себя в сноупарке, другой оттачивает технику, прорубаясь сквозь частокол слаломных флагов. А кто-то считает логичным и естественным продолжением любимого дела катание вне трасс – то есть фрирайд. О нем и пойдет речь.

Я не ставлю перед собой цели анализировать и раскладывать по полочкам все тонкости и вариации на тему внетрассового катания, а предлагаю вам всего лишь мой, скорее всего, абсолютно предвзятый и субъективный взгляд на то, что же такое фрирайд. Взгляд не столько на вид спорта или излюбленный способ проводить время, сколько, признаюсь, вообще на свою жизнь. Потому что я смотрю на это занятие не со стороны, а изнутри российского сообщества фрирайдеров. И то, что я хотел бы рассказать о внетрассовом катании, во многом основано на общении с людьми, которые сегодня входят в элиту отечественного фрирайда.

Почувствуй себя спортсменом

Если оставить лирику, то фрирайд – это свободный спуск по крутому неподготовленному склону, в котором райдер должен быстро и технично двигаться по новому и интересному маршруту, при этом спускаться обдуманно, не теряя головы, используя весь накопленный арсенал движений и навыков горнолыжной техники. Примерно так написано в правилах соревнований по этому виду спорта, составленных IFSA (International Free Skiers Association) – Международной ассоциации фрирайдеров. Наверное, это и есть определение фрирайда как вида спорта, да и не только спорта. В идеале спуск должен быть красивым, сложным и оригинальным. Именно поэтому соревнования по фрирайду нередко превращаются в настоящие шоу, чем порой напоминают фигурное катание. Кстати, апелляций к судейской коллегии здесь подается не меньше.

Сразу оговорюсь: наша ссылка на вид спорта и правила IFSA весьма условна. Между фрирайдом и соревнованиями по фрирайду, конечно, нет знака равенства. Многие классные райдеры не участвуют в соревнованиях, а «зажигают» в свое удовольствие. Их философия предельно проста: есть только ты и гора, и нет никого, кому следовало бы что-то доказывать. Надо просто слиться с природой и получать кайф. А если уж говорить о соревнованиях, то для многих участников это просто хороший повод собраться – всем, помешанным на горах, на снеге и скорости собраться в одно время и в одном месте. И задать горе жару в настоящей компании.

Овладеть и познать

Чем дольше катаешься в больших горах, тем больше начинаешь понимать и тоньше чувствовать особенности рельефа и состояние снега. Со временем учишься уже не противостоять силе тяжести, а контролировать скорость и следовать направлению склона. Именно поэтому линию спуска хорошего райдера называют естественной и логичной. Но это уже мастерство. Конечно, умение «читать склон» приходит не сразу. Для этого нужно многое просто знать: как сориентирована гора по сторонам света, чем отличается качество снега на северном склоне и на южном, на солнце и в тени. Но начинать следует, конечно же, с техники катания. И она должна быть универсальной.

Чем бы мы ни занимались, будь то прыжки в хафпайпе, могул или слалом, везде мы в первую очередь учимся владеть лыжами. И в каждой дисциплине техника имеет свои специфические особенности. А внетрассовое катание требует от райдера умения на любом снежном покрытии хорошо контролировать свое движение, будь то жесткие заструги, целина с коркой наста, узкие кулуары или ледяные бугры – чего бы еще пострашнее вспомнить? Более того, фрирайдер, в отличие от человека, катающегося по трассе, должен контролировать не только себя, но и окружающую обстановку, обращая внимание на изменения рельефа, качество снега, а также движение тех, кто едет рядом и состояние снега под ними. Такой «двойной» или даже «тройной» контроль требует от райдера высокого уровня мастерства, поэтому опыт и накат – еще одна составляющая внетрассового катания.

Не случайно во фрирайд приходят люди, уже умудренные опытом десяти-, а то и пятнадцатилетнего катания в горах, а зачастую и профессиональные спортсмены. Кстати, среди них немало тех, кто в свое время серьезно занимался могулом. Возможно, технически эти виды близки – во время спуска по буграм лыжи ведутся плоско, почти без закантовки, что актуально и для катания в целине, а хорошая акробатическая подготовка экс-могулистов позволяет им уверенно прыгать. Очевидно, что глупо лезть в целину, если ты едва спускаешься по укатанной ратраком трассе, или пытаться прыгать с больших скал, не отработав приземление с маленького «кикера». Всему свое время. Пройдет несколько сезонов, и накопленное мастерство и жажда новых снежных приключений еще заставят вас нырнуть под «волчатник»…

Это лавиноопасно!

Здесь самое время поговорить о безопасности. Человек, сделавший шаг за пределы трассы, полностью принимает на себя всю ответственность за свои действия, за свою жизнь, и более того, за жизнь тех, кого он с собой туда затащил. Горы – потенциально опасная область, и лавина иногда подстерегает там, где ее совсем не ждут. Как сказал Игорь Комаров, ведущий инженер Эльбрусского военизированного противолавинного отряда, «попадание в лавину – это русская рулетка с одним вытащенным патроном». Такой вот черный юмор. Игорь – личность во фрирайде харизматическая, он, пожалуй, первым у нас в стране начал нести знания о лавинах в массы поклонников внетрассового катания. И основа всякой лавинной подготовки – умение прогнозировать склон как накануне спуска, так и во время движения. Ныряя в очередной паудер, фрирайдер должен постоянно учитывать возможность и направление схода лавин.

Вообще-то лавинам наплевать, кто попался на их пути – случайно заехавший в целину «чайник» или лавинщик-профессионал, который сегодня ошибся, выбирая линию спуска. Горы порой забирают тех, чей опыт и мастерство не вызывают никаких сомнений.

Командный вид спорта

Не случайно у фрирайдеров табу на катание в одиночку. Как говорит Игорь Комаров, «фрирайд – командный вид спорта». Даже несерьезная и на первый взгляд неопасная травма, полученная вдали от цивилизации и спасателей с их санями-акьей, может стать фатальной для райдера-одиночки. Случись что при катании в группе, друзья откопают, вытащат на себе или вызовут помощь. Обычно в хорошо скатанной группе отработана последовательность спуска: кто за кем стартует, кто «открывает» склон, кто идет замыкающим. Фрирайдеры никогда не выходят на целинные склоны без включенного лавинного датчика (бипера), который помогает быстро найти человека, засыпанного лавиной. Не менее актуальны и такие фрирайдерские аксессуары, как лавинные лопаты, щупы, рации. И еще: не пытайтесь заменить севшие батарейки в вашем плеере батарейками из бипера! Они все равно не подходят. Проверено.

Однажды я тоже попал в лавину – к счастью, все закончилось благополучно. Дело было года три назад малоснежным январем на Чегете. Снежная доска, по которой мы проехали вчетвером, выглядела вполне безопасной. И только по прошествии нескольких секунд, когда мы уже стояли намного ниже и обсуждали, где бы нам еще «зажечь», снег над нами неожиданно пошел. Мы увидели лавину слишком поздно, когда она уже успела разогнаться. Пытаться убежать от нее уже не имело смысла. От сильного удара плотных тяжелых «снежных чемоданов» (хорошо, ноги не сломало!) нас подбросило в воздух и потащило. Помню, что испугаться я толком не успел. В голове сразу всплыло все, что когда-либо было прочитано о выживании человека в лавине. Я делал плавательные движения, пытался развернуться лицом в долину… К счастью, лавина вылетела на камни и остановилась, никто из нас тогда не пострадал. Потом мы весело отмечали свой второй «день рождения» в нижнем баре «Чегета», вспоминали как красиво «она» на нас шла, но желание экспериментировать со стихией, думаю, пропало у всех.

Внетрассовый гормон

Еще одна составляющая фрирайда – адреналин. Этот гормон отвечает за выживание человека в экстремальных условиях, обеспечивая реакцию на внезапную опасность. Известно, что благодаря адреналину, в кровь выбрасываются запасы углеводов для быстрого высвобождения энергии и увеличения мышечной силы. Но, кроме того, выделение адреналина опосредованно вызывает выработку в организме очень интересной группы веществ – гормонов-эндорфинов (то есть «внутренних морфинов»). Эти гормоны отвечают за состояние эйфории. Возможно, именно поэтому у людей, увлеченных экстремальными видами спорта, и существует так называемая адреналиновая зависимость: однажды победив свой страх и получив от этого удовольствие, человек снова и снова провоцирует потенциально опасную ситуацию. Наверное, с точки зрения медиков, все мы – законченные наркоманы.

Другой вопрос, всегда ли нужно побеждать свой страх? Может быть, иногда стоит к нему прислушаться и повернуть назад? И уйти со скалы, так и не прыгнув? Пусть друзья грубовато пошутят относительно твоей физиологии, вспомни народную мудрость: лучше быть смешным, чем мертвым. Но уж если ты решился на отчаянный поступок – иди до конца, даже если решение это не было правильным. Говорят, что в авиации есть такое понятие – «скорость принятия решения». Когда при взлете самолет набирает определенную скорость и командир дает команду «Взлетаем!», экипаж взлетает. И что бы при этом ни происходило, путь только один – вперед, в небо. Из всего сказанного следует, что умение трезво оценивать опасность и, если надо, контролировать свой страх – одно из важнейших качеств настоящего фрирайдера.

Дань горе

Но прежде чем мы окажемся на заветной вершине и наше сердце взволнованно забьется в предвкушении долгожданного спуска, вспомним еще об одной составляющей внетрассового катания. Это подъем на гору, который учащает пульс не хуже адреналина. Увы, далеко не все целинные места достижимы со станций подъемников, и если вы не можете ежедневно оплачивать вертолет, то у вас остается только один способ попасть наверх – пешком. Ходить вверх, а иногда и вовсе ползти по пояс в снегу, обливаясь потом, да еще в полном обмундировании с тяжелым снаряжением любителям катания вне трасс приходится много. Помню, как поначалу монотонные многочасовые подъемы вызывали у меня настоящие приступы ярости, но со временем я смирился с этим как с неизбежностью и даже стал получать от подъема своеобразное, наверное, несколько мазохистское удовольствие. Чувствуешь, будто, поднимаясь пешком, ты отдаешь горе какую-то дань. И вот что удивительно: спуск с горы, на которую забрался «в рукопашную», приносит заметно больше кайфа, чем тот, который тебе «подарила» канатка.

Однако поклонников единения с природой и здорового образа жизни я вынужден разочаровать: участники фрирайдерской тусовки отнюдь не являются трезвенниками или ярыми противниками курения. Как и большинство нормальных горнолыжников, они могут отметить финал соревнований обильными возлияниями с танцами на столах и любительским стриптизом. Однако накануне важного старта, или если назавтра ожидается просто хороший «паудер», апре-ски, скорее всего, обойдется без участия настоящих райдеров. Замечу, что по физической нагрузке фрирайд не уступает, а, возможно, и превосходит другие горнолыжные и бордические дисциплины. Райдер на склоне вынужден постоянно менять ритм спуска и использовать самые разнообразные технические приемы. Короткие резаные повороты на льду, езда по грудь в целине, прыжки со скал и прямые «прострелы» – все это может потребоваться на протяжении одного спуска! Именно поэтому все фрирайдеры серьезно тренируются в межсезонье. А те немногие из нас, кому посчастливилось родиться в горах, просто катаются круглый год. Черт, ведь они, наверное, и сейчас катаются!

P.S

Эти заметки написаны в конце очередного горнолыжного сезона. Немного грустно, поскольку все закончилось. Но закончилось, чтобы снова начаться. Придет день, и мы покинем большие города – эти резервации из стекла и бетона, суеты и несуществующих обязательств. Мы вернемся в горы. Мы явимся туда, где, словно в другом измерении, лежит девственный целинный снег. Там наше место. Ведь снег только и делает, что ждет, когда мы придем и поднимем его своими кантами.